Kreml.org | "Я был уверен, что в 21 веке невозможно просто так бомбить город"

Я просто шокирован от увиденного в Южной Осетии, потому что был уверен, что в 21 веке невозможно просто так бомбить город, разрушать здания вместе с мирными жителями. У меня есть большой опыт, как у политолога, по разным конфликтам, в том числе - межэтническим конфликтам. Но это первый такой конфликт на европейском пространстве в 21 веке, и, к сожалению, он напоминает мне самые кровавые конфликты в Африке в 90-х и 80-х годах. У меня сложилось такое впечатление, что агрессия Грузии в Цхинвале и других южноосетинских городах - это начало совсем новой эры, новой эпохи в международных отношениях. Потому что там были нарушены не только военные, но и основные человеческие права и главные гуманитарные принципы. Я много времени в Цхинвале посвятил работе в международном пресс-центре, в котором участвовала моя организация "Европейский центр геополитического анализа", и поэтому имел возможность разговаривать со многими очевидцами этих событий. И если бы я сам лично не увидел разрушений, не услышал ужасающих свидетельств жителей Южной Осетии, то просто бы в это не поверил. В этом городе пострадали практически все. И сейчас необходимо сделать так, чтобы весь мир, особенно западное общество, СМИ узнали о том, что случилось в Южной Осетии на самом деле.

А возможно ли это сделать? Ведь, что бы ни говорили, что бы ни показывали - всё равно, в западноевропейских и американских СМИ ситуация на Кавказе освещается крайне тенденциозно.

Мы поддержали идею основания международного пресс-центра 'Цхинвал-2008' для того, чтобы показать международным журналистам, международным экспертам, международным политологам, что там произошло на самом деле. И я надеюсь, что этот международный пресс-центр в Цхинвале, который мы уже передали властям Южной Осетии, будет продолжать свою работу. Я знаю много западноевропейских журналистов, в том числе и моих знакомых, которые уже съездили туда, многие только собираются поехать. Еще недавно возможности побывать в Цхинвале у журналистов просто не было. Кстати, мне звонили несколько западных журналистов, которые находились на территории Грузии или в 'зоне безопасности'. У них были хорошие условия для журналистской работы, но организаторы их поездки говорили, что им вообще не надо ехать в Южную Осетию, потому что там нет никакой возможности, чтобы поговорить с очевидцами, и что обычные люди боятся разговаривать с иностранными журналистами. Конечно, это неправда, и я говорю об этом, чтобы доказать, что сейчас мы находимся в состоянии информационной войны. Хорошо, что уже нет военных действий на территории Южной Осетии и Грузии, но война всё равно продолжается в информационном поле. Я надеюсь, что наш международный пресс-центр в Цхинвале - это, может быть, маленькая, но все-таки поддержка в этой конфронтации, чтобы мы имели возможность рассказать и показать правду хотя бы нескольким западноевропейским журналистам.

Как известно, Польша резко выступила против России в этом конфликте. Скажите, насколько такого рода оценки преобладают в Польше? Существуют ли другие мнения среди населения в вашей стране?

Перед тем как я уехал в Цхинвал, это было почти три недели назад, в Польше проводились социологические исследования по ситуации в Южной Осетии. По результатам опросов мы узнали, что более чем 50 % опрошенных в Польше поддержало право на независимость или самоуправление южноосетинского народа. Интересно, что это объяснялось тем, что у поляков, как известно, есть сарматские корни, а осетины - это сарматы, в смысле - современные сарматы. И в результате этого польское общественное мнение симпатизирует южноосетинскому народу. Но большинство польских СМИ, которые находятся в руках западных компаний, делают всё, чтобы их пропаганда была похожа на пропаганду "CNN" и других телеканалов и работала бы в Польше так же хорошо, как и в США. Но я надеюсь, я уверен, что польский народ не склонен доверять пропаганде, а все оценки будет делать на основе фактов. Кстати, позицию власти, польского руководства сейчас нельзя считать однозначно антироссийской. Потому что в вопросах внешней и внутренней политики существуют серьезные разногласия между администрацией президента Качинского, который находится на проамериканских позициях, и премьер-министра Дональда Туска и правительства, в том числе, министра иностранных дел, которые ближе к точке зрения Евросоюза.