Rambler's Top100 Service

"Самое главное - это отказ от революций"

Андрей Исаев
Председатель Комитета Государственной Думы по труду и социальной политике
1 октября 2009

'Единая Россия' к съезду готовит проект нового программного документа партии. Почему потребовались коррективы? И что отличает этот партийный документ от предыдущего?

 

Во-первых, изменилась жизненная ситуация. Поскольку партия, как и общество, это живой организм, она реагирует на то, что происходит. Предыдущие программные документы, с нашей точки зрения, весьма достойные, зафиксировали цели, от которых мы никогда не отказывались и не намерены отказываться, но они писались до кризиса, в ситуации докризисного мира. Сейчас мир изменился, и многие вопросы ставятся жестче. Например, то, что в бескризисной ситуации можно было делать в течение более долгого периода, сейчас требует более оперативных и более жестких решений и действий. Это и переход к инновационной экономике, и борьба с коррупцией.

Одновременно с этим за это время выросла и сама партия. Внутри партии велась дискуссия об идеологическом содержании деятельности партии, о ее идеологическом направлении. И в новом программном документе мы открыто фиксируем, что наша партия в качестве своей идеологии избирает российский консерватизм. Раньше мы использовали более общие термины, такие, как центризм, они были понятны населению. Это значит, что мы отвергаем крайности: предложения левых - это государственный социализм, возврат к тому, что у нас было до падения коммунистического строя, или предложения правых либералов - это та политика, которая реализовывалась в 90-е годы. Но при том, что это было понятно населению, это не имело позитивного содержания. Такое позитивное содержания, с нашей точки зрения, наполняет понятие 'российский консерватизм'. Это идеология, которая ставит интересы российского народа как целого во главу угла. Левые, как социалисты, так и коммунисты, во главу угла ставят интересы отдельного класса, пусть даже очень большого и значимого - класса трудящихся. Либералы во главу угла ставят интересы отдельной личности, и ради этой отдельной личности готовы попирать интересы многих других, скажем, отстаивая абсолютную неприкосновенность частной собственности, даже в тех случаях, когда частный собственник ведет себя крайне нецивилизованно в отношениях со своим работником. Консерватизм - это иной подход.

Мы ставим во главу угла интересы народа как целого. Интересы как тех, кто работает сегодня, так и предыдущих поколений, которые тоже участвуют в формировании и материальной, и духовной базы нашего народа, которые оставили для нас тот фундамент, с которым мы можем сегодня работать и начинать, и поэтому не можем не считаться с их позицией и их мнением, и поэтому следуем традициям. Так же мы включаем в народ и будущие поколения, тех, кто придет после нас. Поэтому наша политика должна быть не авантюрная, а должна быть рассчитана на сближение всех поколений нашей страны, в том числе для будущих поколений. Отсюда, например, Фонд будущих поколений, или наш отказ от крайнего популизма: давайте сегодня, условно говоря, всё раздадим, а завтра - хоть трава не расти.

Кроме того, консервативный подход - поскольку для нас интересы народы поставлены во главу угла - предполагает невозможность того, чтобы одна крупная социальная группа решала свои проблемы и интересы за счет другой. То есть, наш подход требует поиска социального консенсуса, переговоров, даже в самых сложных вопросах, выработки компромиссного варианта. И, наконец, самое главное - это отказ от революций. Мы последовательные сторонники эволюционного развития. Есть два типа развития: условно говоря, тип скачкообразный, когда сначала застой, ничего не меняется, а потом происходит скачок в виде революции из-за накопившихся проблем. Есть путь эволюционный, когда медленно, постепенно, но неуклонно происходят необходимые перемены. Этот путь кажется нам более правильным и более продуктивным. Это наша идеология, она будет в развернутом виде впервые заявлена именно в этом программном документе. И в этом в значительной степени его новизна по отношению к другим документам, которые были у нас.

 

А что касается инноваций? Ведь инновационное развитие революционно по своей сути.

 

В данном случае мы занимаемся вопросами и спорами терминологического характера.

 

Но Вы же понимаете, что эти споры возникнут.

 

Революцией можно назвать любое научное открытие. Но на самом деле, мы используем в данном случае термины научные или используем термины социально-политические. С точки зрения социально-политической, революция - это слом государственной власти, полное уничтожение государства и построение нового, основанного на новых принципах. Вот такую революцию мы отвергаем. Что касается скачков в научном развитии, в интеллектуальном, конечно, мы это не отвергаем. Но это другая тема.

Точно так же, как консерватизм имеет определенное смысловое значение. В советские времена этот термин использовали как синоним реакционности. Консерваторы - это те, кто против того, чтобы вообще что-то менять. На самом деле, это не так. На самом деле, реакционеры - это одно, а консерваторы - другое. И самый последовательный путь реформ нам продемонстрировали консерваторы. Слава богу, Япония совершила гигантский технический и интеллектуальный скачок от полуфеодального общества, которым она была в 45-м году, до нынешнего состояния, когда это один из современных технологических центров, без единой капли нефти и без единой крошки руды, одна из богатейших стран. Они совершили это при власти консерваторов, Либерально-демократической партии. В Германии было построено социальное государство, которое используется как образец для большинства стран мира, именно при власти консерваторов, именно они предложили - не социал-демократы, а ХДС/ХСС - модель социального государства. Это были тоже инновации в социальной сфере. Это были очень серьезные, активные реформы, которые включали в себя создание производственных советов, постоянного переговорного процесса между работниками и работодателями, которые включали в себя понятие гибкого рынка. Всё это делалось консерваторами. Потому что принципиальное отличие консерваторов - это то, что они не революционеры, они против скачка, который ломает. Любая революция - это когда часть общества силой, в том числе силой оружия, навязывает свою волю другой части общества. Вот такой путь мы отвергаем, именно поэтому мы консерваторы.

 

В связи с этим возникает вопрос: считаете ли вы, что мы находимся сейчас на следующем этапе преодоления кризиса? Собственно, когда пришло время подумать и о развитии.

 

Согласен абсолютно с вами. Вы очень правильно поставили вопрос, я с этим солидарен. Потому что на первом этапе главное было - не допустить распада и паники. В основном, по каким параметрам оценивала ситуацию страна, оценивали ситуацию эксперты? Повторится 98-й год или не повторится. Слава богу, не повторился. Я напомню, что такое был 98-й год: уровень взаимного недоверия и уровень взаимного презрения со стороны различных слоев общества, потребителей и производителей, государства, банков, был настолько велик, что никто не хотел выполнять никаких обязательств ни перед кем. Всё рухнуло одномоментно. Вот этого удалось избежать. Это показало, что десятилетие путинское не прошло даром. У нас не возникло паники, население не кинулось снимать все вклады подряд, банки из-за этого не остановили своей работы, всё работало более или менее нормально. И ни на час не были задержаны пенсии, социальные пособия, выплаты, зарплаты, и было очевидно, что государство работает и не устраняется даже в самых сложных проблемах.

Очевидна была и разница в методах работы представителей государства. Путин, который приехал в Пикалёво для того, чтобы разговаривать с работниками, недовольными сложившейся ситуацией, или наоборот, 98-й год, когда шахтеры приехали к правительству, стучали касками, чтобы их принял хоть кто-нибудь, - их не принимал никто. Это разные модели поведения государства. И поэтому мне кажется, что на первом этапе кризиса принятые меры, при определенных ошибках, издержках, тем не менее, в целом были позитивны. Они позволили не перерасти кризису в катастрофу. У нас был экономический кризис, но он не стал социальным и тем более политическим кризисом.

Сейчас, безусловно, мы должны думать о следующем шаге, что нормы, меры, которые были очень своевременными тогда, становятся недостаточными сейчас. Были очень необходимы временные общественные работы, которые применялись тогда для того, чтобы люди, которые остались в вынужденных отпусках без зарплаты, не потеряли официальную работу, не потеряли статус и не потеряли при этом заработка. Но сегодня мы понимаем, что целый ряд предприятий вынуждены будут сократить работников. Это значит, что от временных рабочих мест, на которые был сделан упор в начале этого года, нужно переходить к созданию постоянных новых рабочих мест. Это более сложная задача, которая нуждается в очень серьезных усилиях со стороны как федеральных, так и региональных властей. Мы это вполне осознаем, мы понимаем, что наступает второй этап, что этап выхода из кризиса не менее сложен с точки зрения работы власти, чем этап сдерживания последствий кризиса, который на нас навалился. Мы это прекрасно понимаем, и это, безусловно, тоже найдет отражение не только в нашем программном документе, но и в проектах, которые партия будет презентовать на съезде тоже.

 

Вы уделяли в своей работе много внимания проблеме моногородов, безработице и сокращению рабочих мест на этих предприятиях. Как вам сейчас видится эта ситуация?

 

Мы продолжаем заниматься моногородами. В первую очередь, такими сложными городами, как тот же самый Тольятти, как Набережные Челны, где находятся наши автогиганты. Могу сразу сказать, что в Набережных Челнах опыт лучше, в Тольятти пока чуть хуже, но мы надеемся, что и там ситуация далека от катастрофической, многие вещи удастся решить. Мы не упускаем ни один из моногородов из поля нашего внимания. Единого рецепта для всех моногородов не существует, поскольку там разные предприятия, разные производства и разные условия. Это ситуация, которая должна решаться штучно. Поэтому мы на это нацелили наши региональные отделения, у каждого из них есть свой антикризисный план, который включает в себя работу с моногородами, находящимися в регионе.

 

Беседовала Полина Давлетшина

0

0
игровые клубы миллион . Очные курсы для трейдеров - курсы таможенный брокер. Брокерские услуги.