"Нужно стремиться к снижению уровня напряженности"
Как в Вашем регионе был воспринят тезис о необходимости модернизации, озвученный президентом в Послании Федеральному Собранию РФ 12 ноября?
Дело в том, что население, мне кажется, еще не осознало глубину проблемы. Мы, в принципе, последние годы на всех уровнях много говорим о необходимости модернизации, эта проблема у всех на слуху: модернизация всего и вся: и сельского хозяйства, и промышленности, и развитие малого и среднего бизнеса по новым правилам, так, как во всем мире, чтобы можно было сказать, что главным в бизнесе является, конечно, средний и малый бизнес. Например, в развитых странах именно на долю малого и среднего бизнеса приходится до 70% всех налоговых поступлений. И мы тоже пошли по этому пути: дали серьезные преференции малому и среднему бизнесу, и в результате благосостояние жителей Республики Адыгея, согласно экспертным оценкам, находится на самом высоком уровне в Российской Федерации. Это делалось в тесном сотрудничестве с федеральным Центром, причем мы сознательно недополучали деньги в бюджет, перенаправляя их в развитие бизнеса. И сегодня мы имеем хорошие результаты.
Расскажите, каковы Ваши планы по претворению политической реформы в регионе?
Дело в том, что в Послании выделено состояние северокавказских республик. Сегодня Северный Кавказ по многим параметрам отстает от Центра, от других субъектов Российской Федерации по образованности, по занятости молодежи, по многим другим параметрам. В связи с этим я думаю, что Северному Кавказу будет уделяться особое внимание в переустройстве. На самом деле мы "ломаем" голову и думаем над этим. Потому что есть выстроенная структура: федеральный Центр, федеральные округа, и тут еще представитель по Северному Кавказу. То ли будет упраздняться Южный федеральный округ, то ли он будет делиться, и вообще что такое Северный Кавказ? Это только республики? Или Краснодарский и Ставропольский края - Северный Кавказ, Ростовская область - Северный Кавказ, Адыгея - Северный Кавказ? Мне кажется, будет неразумно, если мы выдернем Ингушетию, Дагестан, Кабардино-Балкарию, Карачаево-Черкесию, Адыгею - и какое-то особое представительство создадим для них. Мы же россияне, все под Богом ходим одним, по одним законам живем, законодательное поле общее для всех. И пока мы не услышим, какая структура будет, какой представитель будет, в Москве будет сидеть и представлять республики, или он будет в Южном федеральном округе - я не знаю, какой будет алгоритм движения. И эта тема серьезно волнует население. Волнует, потому что, например, для Адыгеи не типично то, что происходит в ряде других субъектов. Мы сегодня в мире, в согласии живем, сотрудничаем с Краснодарским краем. И, находясь внутри Краснодарского края, мы защищены со всех сторон от возможных потрясений. С другой стороны, мы должны в Российской Федерации решить эту проблему, проблему Северного Кавказа, не выводя ее на уровень каких-то еще столкновений. Нужно стремиться к снижению уровня напряженности, и тогда у нас огромное будущее. Страна будет мощнейшей, самой богатой, самой умной. Я думаю, здесь есть над чем подумать. Но, еще раз подчеркну, что есть вопросы по поводу того, кто будет этим спецпредставителем на Северном Кавказе. Или по поводу того, правильно ли эксперты оценили ситуацию в регионе? А что касается Адыгеи - то мы в особых условиях не нуждаемся. Адыгея, например, не нуждается в каком-то особом представителе. То, что приемлемо для всех россиян, для всех субъектов, приемлемо и для нас. Нам особые условия не надо создавать, но и не надо отличать нас от других, делить население на северных, на южных, или на северокавказских, или центральных, или еще каких-то. Мне кажется, само разделение дает отрицательный результат.
Сейчас многие говорят о необходимости модернизации в системе образования. Что Вы намереваетесь делать в данном направлении?
У нас два своих ВУЗа, два мощных университета, по 12-13 тысяч студентов в каждом, для периферийных ВУЗов это немало. Казалось бы, они должны справиться. Но если модернизацию проводить, то следует решать вопросы с многочисленными филиалами, возможно закрывать многие из них. В нашем регионе любят создавать новые филиалы, и одно дело, когда это делают лучшие мощнейшие ВУЗы страны, и совершенно другое, когда создаются филиалы, в которых ничему не учат. Во-вторых, я думаю, что система образования, которая у нас была - она самая лучшая в мире, ведь неспроста же мы в 1953 г. первый искусственный спутник запустили. Также мы необоснованно все переводим на ЕГЭ. Нельзя, по моему мнению, к этому все сводить и делать единственной формой контроля знаний выпускников школ. Я, когда был ректором, об этом много говорил. Я на эксперимент согласия не давал, пока Филиппов меня одного не вызвал и не сказал: самый умный, что ли, давай подписывай. Хотя уже тогда было ясно, что этого делать не надо. Как одна из форм, ЕГЭ может существовать, но как единственная - нет. Чтобы вам было понятно: 68-69-й годы тестовые экзамены проводились во Франции. И восстали студенты и преподаватели, и в результате - новое правительство, которое отказалось от этой системы. Когда мы ссылаемся на Европу, говоря о ЕГЭ, мы почему-то не говорим, что это одна из форм. И ЕГЭ, и победители олимпиад у них есть, у них еще есть свои экзамены, как у нас сегодня дали возможность сделать Санкт-Петербургскому и Московскому Университетам. Нам образование нужно свое, мы не французы, мы не американцы, и нам американцами быть не надо, нам надо быть россиянами. И у нас достаточно ресурсов, чтобы вернуться к хорошему образованию.
распечатать
