Rambler's Top100 Service

Российское право: "нигилисты" и "фетишисты"

Депутат Московской Городской Думы
23 декабря 2008

Увидел в ленте новостей информацию: главный санитарный врач Онищенко хочет запретить россиянам курить на улице. Ну, думаю, дела! Вот оно как круто повернулось. Завтра напишут закон, опубликуют, и вся Россия бросит курить на улицах, по щучьему велению!

Бедная мы страна, в чем-то очень несчастная. И я таким несчастным был, помню себя, мысли свои прошлые помню.

Дело было так. Проходил я как-то где-то в середине своего второго депутатского срока в Московской городской Думе мимо бывшего здания нашей Думы, что на Театральной площади (которое Московской городской Думе подарил Ельцин, и от которого мы еще в 1994 году отказались в пользу Исторического музея), и, о жуть! - стоят полупьяные бритоголовые 'добры молодцы' и свирепые пожилые 'красны девицы', и торгуют фашистской литературой. От 'Майн кампф' до каких-то плакатов с полуголыми фашистками, татуированными свастиками и разными серпами-молотами.

Тут и пришла мне в голову мысль, что все это безобразие надо срочно запретить. Но скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Собрал я творческий коллектив, и выдал он через полгода 'на гора' проект закона. Долго оттачивали мы формулировки законопроекта, приводили в порядок понятийный аппарат, согласовывали его в органах исполнительной власти, обсуждали с прокуратурой и правозащитниками. Но вот, наконец, приняли: Закон города Москвы 'Об административной ответственности за злоупотребление свободой распространения информации' от 21 января 2000 года ? 2.

Запрещалось сим законом под страхом серьезных штрафов, как простым гражданам, так и юридическим лицам, и индивидуальным предпринимателям распространять любым способом материалы, направленные на разжигание социальной, расовой, национальной, религиозной ненависти и вражды, как это и записано в статье 29 нашей Конституции. Потом был создан механизм реализации норм закона, который отработало правовое управление городской администрации, и Мэр Москвы выпустил соответствующий распорядительный документ. Главное управление внутренних дел Москвы тоже не осталось в долгу - издало соответствующую инструкцию.

Вот настал час, уже должна была суровая рука закона взять за шиворот распространителей этой фашисткой пачкотни, и я ждал этого. Проходил каждый день мимо здания на Театральной площади: как торговали, так и торгуют. Месяц торгуют, два торгуют. И стало мне невмоготу, и собрали мы в Московской городской Думе милицейских начальников. Сколько было составлено протоколов, интересуемся. Отвечают - ни одного. Как? А вот так. Дела нет обычным милиционерам, чем там торгует злая бабка и наглый скинхед со свастикой. У них тут масса дел других, им некогда с этой литературой возиться, кого-то там хватать, да и не хочется. И народ вокруг этих торговцев хоть и как бы возмущается, но по большому счету почти всем, в общем, наплевать. И стоят торговцы друг за друга, чуть что, ну орать, клеймить и политические ярлыки навешивать!

Когда же мы стали давить на милицейских начальников, тут те и говорят, что завтра же дадут приказ, и нам этих распространителей 'штук десять', так и быть, наловят. Чтобы мы не нервничали и не ругались. На этом мы и разошлись, а закон так и не заработал и тихо задним числом был отменен через три года.

А как был хорошо написан. Какие комментарии к нему в печати появились! Диссертационное исследование даже чье-то украсил.

А вот по жизни 'не задался'. К сожалению, Россия отравлена своим многосотлетним бесправием. Отсюда неверие в законы, неисполнение законов, пренебрежение законами, противопоставление права и правды, закона и совести, законности и целесообразности. Правовой нигилизм: это с одной стороны. И тут же наивный правовой фетишизм. У нас, мол, 'всего делов', законы просто 'плохие', сейчас 'хорошие' напишем и прекрасно заживем. Не получается. Особенно свойственен правовой нигилизм российским экономистам из торговых и увеселительных заведений, а правовой фетишизм - юристам-преподавателям административного права и начинающим прокурорским работникам.

Иногда собираются вместе 'нигилисты' и 'фетишисты' в каком-нибудь парламенте или совете. 'Давайте запретим молодым людям целоваться на скамейках в парках до 9 и после 11 вечера', - предлагают, представим себе, скажем, 'фетишисты', поборники пуританской морали. 'Давайте, а что? Все равно ведь будут целоваться, никто и глазом не моргнет. Можно принять, можно не принимать, все одно, а 'фетишистам' приятно сделаем и народу потрафим', - говорят 'нигилисты'. И руки тянутся к кнопкам для голосования, чтобы еще раз всем вместе дискредитировать российское право, показать бессилие закона и глупость законодателя.

Наивный правовой фетишизм базируется ведь еще на советском фундаменте - когда карательная машина НКВД могла заставить выполнять самые бессмысленные приказы власти. И циничный правовой нигилизм оттуда же берет начало - когда даже картельная машина НКВД далеко не всех и не всегда могла заставить выполнять даже разумные решения власти.

Вот так, позитивное право, писаный закон - это даже не полдела в нашей стране, где господствует 'живое право', 'право в действии', опирающееся часто на мононормы морали и обычаев (понятий). В этом отношении российское общество - рудимент для Европы, такие общества встречаются в Азии и Африке, а в Европе только мы такие, да еще украинцы, может, отчасти, белорусы, да, верно, албанцы. У турок правового сознания много больше, у греков, у болгар. А уж на фоне высокого российского уровня образования это отставание в правосознании выглядит особенно впечатляюще, даже как-то даже зловеще порой выглядит, страшновато.

А когда слишком много нигилистов и фетишистов собираются вместе в каком-нибудь российском парламенте или совете, то при принятии законодательных актов порой начинают действовать наши главные разрушительные факторы: общая для обеих групп некомпетентность, истерическое 'бабство' фетишистов и фарисейское лицемерие нигилистов.

Для принятия работающих законов нужны образованные, компетентные люди, способные учиться на своем и чужом опыте, анализировать ситуацию беспристрастно, уметь пользоваться правовыми регуляторами, не поддаваться на эмоциональный демагогический прессинг и не сдавать позиции из популистских или интриганских соображений.

В Московской городской Думе этому умению учились десять лет, пока освоили. Но и теперь к нам порой приходят законодательные инициативы 'фетишистов', звучат их истерические голоса. С этим постоянно приходится бороться, как и с желанием 'махнуть рукой', все равно 'вреда не будет'. Иногда, признаюсь, приходится и махнуть, а то очень обижаются бедные оппозиционеры, которым 'греет душу' наивный фетишизм. Оппозиция, особенно правая, сегодня очень слаба, приходится беречь ее и жалеть.

Под конец скажу то, что, на мой взгляд, для России крайне важно.

Ключ к правовому государству, как всегда, находится в школьном и высшем образовании: если мы хотим сделать хоть что-то серьезное в повышении уровня правосознания в обществе, то надо вводить специальный предмет 'Российское право' в школе, причем самый обычный, обязательный, систематический, рассчитанный на 3 - 4 года. Чем пожертвовать? Менеджментом, экологией, экономикой, философией, психологией, культурологией, даже информатикой, вторым языком (сегодня в России востребован профессионально только английский). Это они наверстают, а вот право, как и математику, русский, литературу, историю - вряд ли. 'Из всех наук больше всего совершенствует человека наука о законах', - сказал Платон. Старик знал, о чем говорил!

И в университетах, академиях и институтах на младших курсах, там, где до сих пор бедные провинциальные девчонки зубрят неведомо какую 'философию', вместо этого элитарного предмета (оставив его в числе факультативных) ввести обязательное 'правоведение'. И в качестве экзаменов в магистратуру, в аспирантуру и на кандидатский минимум ввести для всех без исключения специальностей вместо 'философии' 'правоведение'. Тогда будет результат со временем для всей страны.

Меньше будет праздных мыслей о вечности, больше будет дисциплины, которой нам так остро не хватает, начнут постепенно отступать наши тяжкие хвори: и правовой нигилизм, и правовой фетишизм.

0

0