"Понятие экспертократии - сугубо наше"
Из выступления на круглом столе: 'Кризис идеологии или кризис идеологов?' К 100-летию скандала - сборника статей о русской интеллигенции 'Вехи':
Я выстрою свое выступление, как ответы на поставленные председательствующими вопросы.
Что касается вопроса о том, нужна ли властям России идеология.
Я считаю, что любой власти идеология нужна. Но сами по себе идеологии очень редко, если не сказать никогда, не возникают во власти. Как показывает история, идеологические конструкты, скорее всего, возникают среди тех, кто пытается выступать оппозицией к власти, пытается изменить существующий общественный порядок, и тем самым ищет обоснования своих стремлений и поддержки тех социальных масс, которые могли бы претворить эти стремления в жизнь. Поэтому еще раз хочу подчеркнуть, в истории фактически не известны случаи, когда идеология создавалась бы режимом или даже классом, находившимся у власти. Как правило, этот класс или режим эксплуатировал ту идеологию, которая помогла им к этой власти прийти. Учитывая, что нынешняя российская политическая элита пришла к власти без серьезной политической борьбы и утвердилась в ней, тоже не доказывая в политической борьбе преимущество своей позиции над остальными, я думаю, что когда она приходила к власти, идеологии у нее не было. И сегодня ее тоже нет. Именно поэтому идет поиск такой идеологии. Как правило, пока неудачный поиск, в общем, достаточно бесплодный. Потому что в рамках уже правящей верхушки идеология, я еще раз подчеркну, не формируется. Можно сказать, что идеология в рамках, когда их носитель находится у власти и их искатель находится у власти, как правило, представляет собой какие-то охранительные концепции, в общем, хиреющие и деградирующие. В целом, мне кажется, что у действующей власти может быть запрос на идеологию, но очень маловероятно, что он будет сформирован и каким-то образом воспринят.
Что касается второго вопроса по поводу власти-идеолога и власти-эксперта, мне кажется, что вопрос достаточно странно сформулирован. Как я уже говорил, власть не может быть ни идеологом, ни, тем более, экспертом. У правящей политической элиты существует понимание правильности своей позиции, даже если этого понимания нет, есть четкое понимание того, что эта позиция им выгодна. И в данной ситуации быть независимым и объективным наблюдателем и оценщиком происходящего в обществе власть не может. Что же касается экспертного заключения и его критериев, я думаю, было уже много правильного сказано. Экспертное заключение должно быть не столько абстрактным, чтобы никто не мог понять, о чем в нем сказано, сколько должно иметь и нести в себе определенную информацию, которая с течением времени или непосредственно в момент высказывания может быть проверена на практике, как ложная или истинная. В данной ситуации идеологи не попадают под такие критерии и тем самым отличаются от экспертных заключений.
Здесь я хотел бы отметить само понятие экспертов. У меня складывается впечатление, что широкое распространение этого термина отличает именно современную российскую реальность от реальности всего остального мира. Понятие экспертократии я встречаю только в российском политическом дискурсе. Есть понятие технократии, есть понятие меритократии, но понятие экспертократии - сугубо наше. По той простой причине, что если посмотреть на западное политологическое интеллектуальное сообщество, мы увидим, что большую часть этого сообщества представляют люди, которые заняты в повседневной организованной интеллектуально-научной деятельности. Я думаю, что процентов 80 входят в систему университетов, процентов 20 - в структуры научных центров, независимых или не вполне независимых, так или иначе. Они постоянно продуцируют интеллектуальные продукты в виде концепций, доктрин, книг, серьезных статей и так далее. Российское экспертное сообщество в значительной мере среди влиятельных экспертов выключено из процесса каждодневной, креативной, нормальной исследовательской работы. Мне кажется, что с каждым годом мнения наших экспертов все больше становятся мнениями неспециалистов. Дилетантов. С определенным подходом к жизни или к определенным политическим пристрастиям. Это вызывает у меня большие опасения относительно будущего нашего экспертного сообщества. И вот экспертократия - это, чего я бы никогда не хотел видеть ни в одном нормальном обществе. Потому что это доминирование много о себе думающих дилетантов. К сожалению. С малым опытом практической исследовательской работы.
Что касается идеологии, связанной с демократией, я не могу сказать ничего о 'Единой России' как о партии, либо просто властной группировке, которая поддерживает статус кво. На мой взгляд, суверенная демократия на сегодняшний день представляет собой, скорее, штамп, чем разработанную концепцию. Я не отрицаю того, что она может быть разработана как серьезная концепция, но она требует глубокого научного анализа и серьезного развития в определенных спорах, дискуссиях с обоснованиями и так далее. В том виде, в каком эта концепция сформировалась, это и есть идеологический штамп, который, в общем-то, может стать основанием для какого-то развития. Но на сегодняшний день таковым не является и как идеология восприниматься не может.
И последний вопрос, касающийся экономических либералов. Я не столь критичен, как предшествующий выступающий, но все-таки хочу подчеркнуть, что некоего ренессанса либерализма я сегодня не чувствую. Его нет ни у нас, ни на западе. Я не могу назвать многих российских либералов шутами или паяцами, но в любом случае их идеи действительности не претерпевают существенного развития. И в таком качестве вряд ли могут быть серьезным образом востребованы. К сожалению, в условиях кризиса и на западе, и в России идеи экономического либерализма очень активным образом стремятся, будучи соединенными с нелиберальными концепциями, к ультралиберальным концепциям, и в этом отношении шансов на их серьезное оживления я не вижу. И всякого рода опасения такого оживления и разгрома, ожесточенная критика нынешних либералов мне кажутся просто излишней тратой сил.
распечатать
