"Все 'Вехи' были написаны ради одной известной фразы Гершензона"
Из выступления на круглом столе: 'Кризис идеологии или кризис идеологов?' К 100-летию скандала - сборника статей о русской интеллигенции 'Вехи':
Я хотел бы сказать несколько слов от имени, цитирую Модеста Алексеевича, 'духовного маргинала, который претендует на то, чтобы все обслуживали их амбиции и эмоции'. Вот в качестве такого маргинала я хотел бы сказать несколько слов, причем, сначала о 'Вехах', непосредственно о 'Вехах', а потом уже, если останется время, обо всем остальном.
Абсолютно честную, абсолютно адекватную фразу о 'Вехах', хотя совершенно не политкорректную, сказал Григорий Померанц. Я даже не понимаю, как даже такое, в общем, политкорректное издание, как 'Русский журнал', эту фразу пропустило. Речь идет о ключевой фразе 'Вех'. Собственно говоря, все 'Вехи' были написаны ради одной известной фразы Гершензона. Так вот, Померанц сказал вещь, удивительно точную и честную, которую обычно никто никогда не хочет признавать. 'Можно вполне понять и ужасную фразу Гершензона. Гершензон исходил из опыта погромов 1905-1907 гг., и он искренне прямолинейно выразил точку зрения подвергавшегося погрому еврея, который, скорее, мог бы выступать за защиту штыками, чем за погромную активность'. То есть, логика идеологии 'Вех' в этой фразе Померанца, была проговорена предельно четко, ясно и последовательно. Это действительно испуг. Причем, это испуг представителей и определенной национальности, определенной субкультуры и так далее перед тем, какие хтонические силы были вызваны к действию раскачиванием этой огромной махины русской государственности. В конечном счете, она качнулась в одну сторону, качнулась в другую, но, в результате, именно для тех сил, которые ее раскачивали, она оказалась губительной. Все погибли. Все, так или иначе, погибли. Либо умерли в иммиграции. Но, он вовремя встал за нужное ограждение штыков. То есть, в этом смысле проблематика 'Вех', это ни в коем случае не проблематика того, что можно назвать политическим лоялизмом интеллигенции. Подлинный политический лоялизм интеллигенции выражал, например, такой человек, как отец Павел Флоренский. Но он же за это до самого конца, фактически был отлучен от своих же собратьев-монархистов.
У меня, у человека, склонного к странным, иногда мистическим объяснительным построениям, есть свое мнение относительно того, что предопределило февральскую революцию 1917 года. Мне кажется, что произошло одно очень незаметное маленькое событие в Сергиев Посаде 16 декабря 1916 года. Тогда в кружке Новоселова довольно большим составом умеренных адекватных монархистов обсуждалась статья отца Павла Флоренского, в которой, в частности, было очень жестко подвергнуто критике хомяковское народничество в истолковании монархии. Там говорилось, что монархия является неким представлением народного суверенитета, народной воли, народного желания и так далее.
Это главное, что я хотел сказать. Все остальное про экспертократию и так далее, это все мелочи. Строго говоря, экспертов и всех людей, которые называют себя экспертами и при этом не работают в журнале 'Эксперт', надо, на мой взгляд, просто выслать за 101-й километр. Потому что это люди, которые вместо того, чтобы говорить из каких-то предельных ценностных оснований, опираться на что-то трансцендентное и так далее, пытаются говорить от неких мнимых научных истин. Я сегодня раза четыре услышал ссылки на социологические опросы, на научные исследования и так далее. Это манипулятивная технология, с помощью которой определенные люди просто пытаются навязать власти свое представление. Это не я тебе так говорю, это не я, как верно сказал Максим Леонардович, готов отвечать жизнью за то, что я предлагаю, это социологические исследования тебе диктуют такой курс. Мне кажется, что того, кто прибегает вот к этому риторическому коду, ему действительно самое место за 101-м километром.
распечатать
