Rambler's Top100 Service

Генплан Москвы как "валенки для объединения"

Депутат Московской Городской Думы
29 апреля 2010

Не перестаешь удивляться тому, как причудлива наша жизнь.

Вот уже скоро как десять лет я возглавляю Комиссию Московской городской Думы по перспективному развитию и градостроительству. Какие только законы в сфере градостроительства мы не приняли за это время: и о нормативах и правилах, и о планировании округов и районов, и о разрешении на строительство, о землепользовании, о застройке, об особом порядке градостроительной деятельности на территориях природного комплекса и памятников истории и культуры и их охранных зон. Были и 'социальные' законы в этой сфере, в том числе, о защите прав граждан при принятии градостроительных решений и об обеспечении благоприятной среды при строительстве, о благоприятной среде для инвалидов. Да обо всех законах не расскажешь, да и не очень интересно это читателю.

В сердцевине же этого свода законов находился закон города Москвы об основах градостроительства, на основании которого в 2008 году масса наработанных ранее законов была преобразована в Градостроительный кодекс города Москвы. Венчал же эту пирамиду московского законодательства закон о генеральном плане города Москвы, принятый в апреле 2005 года, то есть ровно пять лет тому назад.

Да, я не оговорился. Закон о генеральном плане города Москвы уже действует давно, а сам генеральный план города Москвы был принят еще в 1999 году и утвержден Правительством Москвы. Несколько раз он обновлялся (актуализировался) на протяжении последних десяти лет.

Много раз мне приходилось выступать на Правительстве Москвы и в городской Думе с содокладом по вопросам, относящимся к генеральному плану города Москвы в период с 1998 по 2006 годы, и никогда никаких проблем с общественностью не возникало. Общество иногда возбуждалось по поводу конкретного зеленого массива или отдельной исторической территории, иногда специалисты критиковали нас и давали советы по вопросам регулирования транспорта и регулирования застройки, но никогда эта полемика не переходила рамок и не достигла масштаба конфликта.

Сама же городская дума того времени, где работали представители партии ДВР (потом СПС), 'Яблока', 'Партии жизни' и 'Родины' (теперь 'Справедливая Россия'), 'Отечества' или, позже, 'Единой России', в ходе серьезных дискуссий всегда вырабатывала консенсус, и градостроительные законы (в том числе, закон о генеральном плане города Москвы) дружно принимались этими политическими силами. Да и представители этих партий в большинстве своем были весьма образованными и преданными делу людьми, что позволяло им не только вникать в проблемы города, но и проявлять необходимую толерантность в отношении мнений профессионалов и сохранять культуру диалога.

Все изменилось после 2006 года, когда в городскую думу пришли представители КПРФ, а также сменилось руководство партии 'Яблоко'.

Теряя влияние в обществе, эти обескровленные политические силы решили найти поддержку в рядах территориальной и дворовой общественности. А поскольку во всем мире люди часто протестует против любого строительства рядом со своим домом или участком, то дело представилось их партийным лидерам перспективным и многообещающим.

Однако выяснилось вскоре, что поддержка дворовых активистов не может компенсировать идейную безнадежность и ментальную отсталость оппозиционных сил, и выборы 2009 года в Москве этими партиями были практически проиграны.

Однако, как говорил Ленин 'декабристы разбудили Герцена, а он зазвонил в 'Колокол''. Так и в наш дни: происки московского 'Яблока', коммунистов и обманувшейся в неясных ожиданиях ЛДПР позволили создать 'единый фронт', направленный, парадоксальным образом, против принятия генерального плана города Москвы.

Этому удивительному парадоксу способствовало то случайное обстоятельство, что последние выборы в Московскую городскую думу по времени совпали с публичными слушаниями по генеральному плану города Москвы. Таким образом, встречи с жителями по генеральному плану оппозиция, естественно, пыталась сделать трибуной для предвыборной агитации, используя любую критику генерального плана как предлог для широкой критики городских властей.

При этом сами же эти публичные слушания для нашей страны были явлением уникальным: широкое обсуждение, десятки тысяч поправок от москвичей, которые не просто были рассмотрены, а в большинстве своем приняты или учтены. Нечто беспрецедентное для нашей страны!

Но, к сожалению, в качестве побочного эффекта этой демократической процедуры возникли искусственно инспирированные волны критики со стороны оппозиционных партий и общественных объединений, активистов, правозащитников, 'культурной общественности', 'профессионального сообщества' и, наконец, самой Общественной палаты РФ.

Вот парадокс! Когда генеральный план принимался и обновлялся в городе Москве в обычном режиме на протяжении многих лет, никто не заявлял, что он является губительным для города, равно как мало кто связывал с его принятием судьбы памятников истории и культуры и сохранение природного комплекса города. Энтузиасты знали, что судьба памятников и парков зависит от специального законодательства, которое и привлекало их повышенное внимание, равно как и внимание общественности. Диалог в этих вопросах был всегда труден, но он не касался вопросов планирования, так как специальные московские законы (впоследствии главы градостроительного кодекса Москвы) регулировали эти вопросы на хорошем уровне. Недаром же покойный искусствовед Алексей Комеч считал московский 'сороковой закон' об особом порядке градостроительной деятельности на территории охранных зон памятников истории и культуры образцовым для всех регионов России.

Никогда ничего революционного, 'несущего смерть и разрушение' генеральный план города Москвы не содержал и не содержит сегодня.

Это весьма консервативный документ, который вынужден учитывать, с одной стороны, необходимость нового строительства дорог, жилья, объектов инженерной и социальной инфраструктуры, создания новых предприятий и учреждений и новых рабочих мест, а с другой, сохранение историко-культурных объектов и городской среды, зеленых массивов, парков, скверов, а также многих уже существующих предприятий и учреждений.

Также приходится учитывать и то обстоятельство, что мы не можем полноценно решать транспортные проблемы, опираясь на возможности Московской области, имеющей свои представления о развитии и проблемы, а также то, что множество участков земли и строений на территории Москвы находятся в собственности Российской Федерации. Одни только земли федеральных железных дорог занимают двенадцатую часть территории Москвы. А земли науки, промышленности, обороны?

А еще требуется найти равновесия между инвестиционным и бюджетным строительством, обеспечить инвестиционную привлекательность при весьма строгом градостроительном регулировании. Ведь ни один современный город не может развиваться без привлечения частных средств, только за счет бюджета. Бюджет нужен для решения социальных вопросов, его надо экономить.

Таким образом, наш генеральный план консервативен и компромиссен, он никак не может быть разрушительным, он, разве что, недостаточно радикален и широк. Но без ресурсов Российской Федерации и Московской области, без интеграции усилий всей агломерации, наш генеральный план просто не может быть сегодня другим.

И раньше всегда эти аргументы были понятны людям, особенно очевидны профессионалам, но сегодня будто бы все они оглохли. Московским чиновникам и депутатам грозят со всех трибун разными карами, клеймят позором и требуют не принимать новый генеральный план.

Даже не хочу останавливаться на как бы 'юридических' аргументах наших противников. Они выглядят слабо даже в устах оппозиционно настроенных юристов. А уж наша культурная общественность вообще в законах целомудренна, как весталка. Не случайно же до сих пор многие интеллигенты с гордостью говорят, что они Конституцию РФ не читали и читать не собираются. Нашли, чем гордиться, однако.

И даже не подумают о том, что если генеральный план города Москвы не принять сегодня, то будет действовать старый генеральный план, дающих куда больше возможностей для 'усмотрения начальства' и никак не учитывающий высказанные пожелания десятков тысяч жителей. Получается, что 'общественность' противопоставляет себя не чиновникам, а тем простым нормальным здоровым людям, которые внесли свои предложения и ждут от власти их реализации.

Говорят, должно высказаться 'профессиональное сообщество'. Те профессионалы, которые хотели высказаться, уже все сказали за период с 1998 года, а те, кто как бы 'вчера проснулся', хотя бы должны сначала разобраться, что к чему.

При этом надо отметить, что наше профессиональное сообщество 'туго на подъем'. Так, когда в 2008 году городская Дума опубликовала концепцию закона города Москвы об охране памятников истории и культуры и просила высказаться профессионалов, то откликнулись всего только четыре организации. Такова активность наших профессионалов в 'мирное время'.

Да, но сейчас время не мирное. Как сказал один из деятелей оппозиции в кулуарах, началась 'война за лужковское наследство'. Иными словами, будет ли сохранена преемственность власти в Москве, или надо ждать десанта 'варягов'. В этой связи как будто чья-то воля или мысль объединяет разные силы, враждебные московской власти: тут и Немцов, и Жириновский, и коммунисты, и 'Яблоко', и 'Справедливая Россия', и непримиримые правые, и маргинальные левые - так сказать, шампанское и кефир в одной миске. И несчастный генеральный план города Москвы попал в передрягу, как пирожник на войну, как кролик на корриду. Ну ладно, он ведь даже не бумажный, а виртуальный, живет себе в электронной форме.

Его не жалко, а жалко людей, многих десятков специалистов, которые работали над ним, потом представляли его людям, выдерживали бурные обсуждения, потом корпели над поправками, честно и профессионально делали свое дело, за которое их теперь шельмуют, пардон, всякие невежды.

Наблюдая трансляцию в 'Вестях' на Европу встречи в Общественной палате московских депутатов и чиновников со 'сливками общества', невольно испытал 'теплые чувства' буржуазного специалиста к комиссии бюро райкома ВКП(б) по чистке времен тридцатых годов. 'Поймите же, господа:'. 'Господа в Париже. А нам и так все ясно, контра!'. Только в отличие от тридцатых можно выйти и хлопнуть дверью. Уже прогресс.

Когда-то в далеком девяностом году всем демократам раздавали программу Явлинского по проведению реформы общества за пятьсот дней. Многие недоумевали, зачем нам нужен этот утопический документ. Для объединения, отвечали нам лидеры, ведь все равно, вокруг чего объединяться, 'хоть вокруг валенок'. Вот такими 'валенками' для объединения противников московской власти служит и несправедливая, тенденциозная критика проекта генерального плана города Москвы.

Но представим себе, что будет, если завтра 'общественность победит', и генеральный план Москвы не будет принят. Гарантирую, общественность про него тут же забудет и примется ругать Москву за что-нибудь другое.

И если завтра, наоборот, генеральный план будет принят, то общественность, представьте себе, так же про него немедленно забудет и примется за что-нибудь еще нас критиковать и порицать.

Так что, как говориться, 'что в лоб, что по лбу'. Именно поэтому, мое мнение, надо принимать генеральный план города Москвы как можно быстрее. Даже просто из уважения к тем москвичам, которые пришли в разгар лета на слушания и оставили свои выстраданные дельные замечания.

0

0